«…Губком до сих пор на мое предложение не ответил»

 В первых числах ноября 1922 года губернская газета «Экономический путь» сообщила о том, что в Симбирском художественном музее заканчивается «устройство выставки произведений искусства собрания А.В.Жиркевича, приобретенного Губисполкомом». Собрания, которое в два раза увеличило фонды музея и стало причиной его реорганизации в форме разделения экспонатов музея на две части. Первая часть, включая собрание Жиркевича, сохранялась в здании музея, остальная часть была перевезена в здание, которое пустовало после ликвидации ООО, занимавшего его. Надо отметить, что в те времена было много пустующих зданий ликвидированных ОАО, ООО, ЗАО и других частных компаний, деятельность которых оказалась под запретом. А ликвидация ООО без деятельности, приносящей прибыль, была лишь делом времени.

Однако газета не сообщала, что огромная коллекция была приобретена фактически даром – за десять миллиардов рублей выпуска 1921 г. (Пуд пшеничной муки в Симбирске в октябре 1922 года в переводе на дензнаки 1921 г. стоил 170 миллионов, десяток яиц 14 миллионов, коробок спичек 300 тысяч рублей. – Л.Л.) При этом, как следует из архивных документов, лишь два миллиарда должны были выдать коллекционеру из местных средств, а остальные – Наркомпрос и Главнаука. Однако от центральных ведомств и в начале осени, то есть спустя более месяца после принятия решения о приобретении ценностей, деньги не поступили. Поэтому 6 сентября секретарю губкома РКП(б) А.В.Попову пришлось обратиться к ним с разъяснением о том, что «коллекция по стоимости куда выше, чем сумма, подлежащая уплате тов. Жиркевичу…». Кстати, понимание этого побудило губком «возбудить ходатайство» перед Наркомпросом «об определении дочери гражд. Жиркевича (Мария Александровна Жиркевич. – Л.Л.) на стипендию в Московский университет, ввиду ее весьма тяжелого материального положения». Получил ли Александр Владимирович полностью причитающиеся ему деньги, а его дочь стипендию, по имеющимся документам выяснить не представляется возможным.

Значительную же часть коллекции в письме от 27 июля 1922 г. Жиркевич просил губком принять от него «в дар, для культурно-научных учреждений Симбирска, на память о том, кто много выстрадал здесь…». А это и «несколько скульптурных произведений» (среди них две работы Антокольского); и «собрание литературных отечественных реликвий (прядь волос поэта гр. Алексея Толстого, вещи, принадлежавшие знаменитым писателям Загоскину, поэту Апухтину и др.)»; и «несколько ценных старинных рукописей» (в том числе рукописное Евангелие «XV или XVI века»); и «бумаги русских деятелей прошлого (ген. Скобелева и др.)»; и «ценное собрание редких старинных изданий (указов, регламентов, законов времени царей Алексея Михайловича, Петра I, Петра II, императриц Екатерины, Анны Иоановны, Елизаветы Петровны, Александра Благословенного)»; и «собрание редких (отчасти старинных) книг на русском, французском, немецком, английском языках, составляющих ныне значительную библиографическую ценность» (всего более ста книг).

В этом же письме Жиркевич просил губком позволить ему «на прощание с Симбирском, прочесть в ближайшем будущем, в пользу, хотя бы, голодающих, лекцию о Л.Н.Толстом, на основании имеющихся у меня неизданных материалов, касающихся личных моих сношений с великим писателем земли русской…». Уезжать же в Польшу Жиркевичу надо было «из-за имущественных интересов детей».

Однако над коллекцией, как уже вскоре выяснилось, нависла серьезная угроза. 2 августа Жиркевич, будучи вызван в агитпроп губкома «по вопросу о чтении мною бесплатной лекции о Толстом», случайно узнал, что переданные губкому «художественные и литературно-исторические предметы» предполагается «не передавать в распоряжение Губисполкома, для хранения в музее в доме Перси Френч, а оставить в Губкоме при музее, который существует лишь в проекте…». (Возможно, имелся в виду музей дома В.И.Ленина, по «увековечиванию» которого оргбюро губкома 20 июля 1922 г. была создана специальная комиссия). Жиркевич был очень удивлен этим фактом и настаивал на том, что его собрание должно быть реорганизовано в форме слияния обоих его частей, как планировалось с самого начала.